ЭТА СЛАДКАЯ, ПЛЯЖНАЯ ЖИЗНЬ


​Отличное время жизни было, как раз тогда, на стыке тысячелетий. Уже года два в Испании, но еще внутри тёплого и звуконепроницаемого, информационного колпака, создававшего атмосферу сладкого вакуума. Это когда ты живёшь и работаешь, а языка, пока что, ещё толком не знаешь и поэтому ни телевидение ни газеты, тебе не нужны. И интернета нет ещё, он не в моде и не по карману, ни спутникового, с русскими и украинскими каналами.

Работал Геша, тогда в ресторанчике, расположенном прямо на берегу моря, в обычном, каких  множество, приморском, курортном городке Ла Мата ( или просто Куст) которых в Испании тысячи. 

Работа была вынужденной и скорее необходимой по ситуации, хотя считалась отличным способом подзаработать деньги.

И хорошо, что словарный запас уже подходил для работы официантом, иначе так бы и пришлось, подрабатывать на стройке или поле. На сборе лимонов или на строительстве бассейнов, от одних рассказов о которых уже шли мурашки по коже.

Одна тут была странность – без выходных и весь световой день. От рассвета, до заката и без выходных. Три месяца к ряду.

С утра, правда, в ресторане было совсем пусто. Только на кофе со сладким круассаном, жаловали утренние посетители, нанося на босых ногах мокрый песок, по всей столовой. И предупреждения о купальниках, тоже не помогали. Заходили в том в чем и купались. Пляж всё таки. А ресторанчики такого типа, и вовсе, chiringuito назывались.

Один раз, Гена застал трёх мокрых байкеров, только что припарковавших свои водные, водометные мотоциклы, прямо у ресторана, на пляже. Они сидели на террасе, в промокших гидрокостюмах, а под ними уже скопились лужи воды. Ему, на это, конечно, было наплевать. Не ему убирать эти лужи, ему только оставалось взять заказ и спокойно принести заказанное. Хотя, этим конечно, редко получалось отделаться. В каком баре, не хотят разговорчивого официанта. Тем более в Испании !

Тут, если прохожий, тебе фразу кинет, и то, надо тут же отшутиться. Иначе сразу поймут, что ты или не местный или засланный…

Вот взять этих байкеров. Прежде чем они заказали свои три танка* пива, им обязательно хотелось поговорить о себе, и начав разговор с вопроса, типа: – А где это мы?

Нет, ну ежу понятно, конечно, что не настолько далеко можно отъехать на водном байке, чтобы совсем ориентиры потерять. Они интересовались, что за пляж и какой именно из тех, которые насчитывает в себе Торребьеха. Ещё точнее, стоило причислить этот закоулок к Ла Мате* , пригороду той самой Торребьехи, но какая тут разница? Парням хотелось поговорить о себе и о том, насколько быстры и стремительны их motos de agua, что они даже в расстояниях потерялись. И да – романтично и красиво, развалились они на пластиковых стульях, на террасе ресторана, греясь в лучах недавно выбравшегося из-за горизонта солнца.

Ну хватит о них. Оставим этих трёх, мокрых богатырей, спешившихся со своих водников. А перейдем к жизни Геннадия, которого-то и звать, в Испании, неизвестно как. То есть, как оказалось, имя его, совсем не конвертировалось, на местности. Кто знает -тот поймёт, а кто нет -тому расскажу. 

Вот решил ты, на новой земле, продолжить пользоваться именем своим (а как же ещё?!) вот тут и первые заморочки начнутся. Одно дело если у тебя имя конвертируемое, на испанский лад. К примеру: Анна, Елена, Александр, Виктор и даже Иван. Можно даже Анастасия или Лусия! 

Не знаю как, но эти имена тут вполне в ходу. Но вам точно не повезло, если ваше имя Стас, Гена или Сергей. Тут придется адаптироваться к именам: Эстас, Иена или Сэр Гей.

Гена не долго мучился этими каверканьями, своего от рождения данного имени, пока просто не стал именовать себя Хосе. Не то чтобы это имя ему ой-как-нравилось, но вопросов, по крайней мере, никаких не вызывало.

Особенно на этой работе. Почему-то им так хотелось и имя узнать и поговорить. А сколько здесь было одиноких пляжников!! 

Да что одиноких! Разве обязательно быть самому, чтобы быть одиноким?

 Вот, одна пара, из Мадрида. Он – журналист, она – его жена. Вечно загорала топлесс, не смотря на свои “кому за 50”. Хорошо что ещё в бар, хоть немного одевалась. Хотя это было и не так важно, поскольку загорала она, в ниглеже, прямо перед баром, на песке. И ещё эта, её фраза: – Из Мадрида только в небо.. И глаза так, томно закатывает..

Мадридцы они как и другие, столичные жители, никому не нравятся вокруг и очень нравятся сами себе. На побережье им и кличка есть – мадриленьос. Хотя, может в ней ничего, кроме груза, навешенного со временем, таки и нет.

 А муж её, писатель-журналист, очень любивший накатить после обеда, очень любил не только выпить, но и хорошенько поболтать- пофилософствовать. Гене он особенно нравился, этой своей болтливостью, хотя бы потому, что стоявшее над душой начальство, никогда не было против, чтобы Гена подолгу зависал за их столиком. То есть – с уважаемым клиентом, можно было болтать часами. Это, как бы, входило в обязанности работы официантом. А журналисту нравился Гена, исключительно благодаря своему славянскому происхождению и как свидетель недавно рухнувшего СССР. Другое дело, что Гена понимал, от силы половину из всех этих длинных и заумных тирад, выдаваемых подпившим журналистом.. Но что главное, в хорошем собеседнике? Конечно! Чтоб слушал тебя внимательно. 

Тут и журналисту хорошо и Гене, как альтернатива рабочему времени.

Поэтому их приходу, он был рад. И управляющий, просматривающий за порядком в зале – тоже был доволен. На его упитанном лице застывала сытая, гримаса полного удовлетворения. Люди при деле – заработок будет.

Заработанное encargado (управляющий ) дерибанил каждый вечер, на пару со своей женой Паз. 

Хотя ладно – забегая на перёд, поясню. У ресторана, в котором работал Геннадий, он же Хосе – был один единственный владелец. Сеньор Маноло, как он его тогда называл, пока не врубился что такой абривиатурой как “сеньор” здесь уже давно, никто не пользуется. А большие тыкают друг друга, несмотря на возраст.

Так вот. Сеньор Маноло, в том далёком 99-ом, был уже довольно преклонного возраста. И его, в ведении дел ресторана, в котором работало около 20 человек, хватало ровно настолько, чтобы подписывать счета и толкаться там ежедневно, среди клиентов и персонала. А в остальном, дела велись Марио и его женой Пас. Точнее даже сказать, дела вел Марио, а воровали продукты уже на пару с Паз.

Процесс разворовывания залежей, происходил по концу смены, прилюдно и с особым цинизмом. В нем участвовали все работники кухни, по принципе той же круговой поруки или “рука руку моет”. По центру стоял Марио, возле открытого холодильника и раскидывали по сумкам замороженные деликатессы. Кальмары- в его сумку, капуста – в чью-то,( из 20 имеющихся), креветки- в его сумку, мороженный зелёный горошек- в чью-то… ну и так далее. Там же делились и чаевые.

Всё эти три месяца, Гене жилось не так уж и плохо. Не считая того, что на личную жизнь, вообще не оставалось времени, то на всё остальное – полный фарш. И тебе питание трёхразовое и даже пиво из под барного крана.

Одним недостающим звеном оставались сигареты, но и те удавалось прикупить с чаевых или просто, подружившись поплотнее с управляющим Марио, который каждое утро, распихивал их блоками в табачный автомат. Времена тогда, были ещё те. Курить можно было где угодно: хочешь на улице, хочешь в столовой. Нет проблем!

Всё было схвачено и все были довольны. Теперь на месте этого ресторана осталось лишь ровное место. Его убрали с карты города при реконструкции пляжа и он просто, попал под снос.

Где теперь обитают эти люди и какова их дальнейшая участь – остаётся только догадываться. А Средиземное море по прежнему омывает этот пляж и дела ему нет никакого, до всех этих людей, когда-то работавших в уже несуществующем, пляжном ресторанчике.

(история основа на реальных событиях, а фотографии ресторанов только издалека соответствуют пляжному ресторанчику описанному в рассказе)

Поделиться в соц. сетях

Share to Google Buzz
Share to Google Plus
Share to LiveJournal
Share to MyWorld
Share to Odnoklassniki

Oставьте комментарий

Tu dirección de correo electrónico no será publicada. Los campos obligatorios están marcados con *